Лилия Илюшина

Слово «шизоид» происходит от латинского shiso – расщепление. Шизоиды параллельно существуют как бы в двух реальностях – внутренней и внешней. Внешняя сторона жизни их интересует мало, — они живут в мире своих идей, занимаются только тем, что им интересно, никого и ничего не замечая вокруг. При этом абсолютное большинство великих открытий человечества принадлежат именно им.

Вещь в себе

Внутренний мир шизоида, наполненный причудливыми фантазиями, закрыт для посторонних.

Шизоидные черты проявляются уже в раннем детстве. Маленький шизоид часто удивляет окружающих тем, что любит играть в одиночестве, в отдалении от других детей. Его лучшими друзьями очень рано становятся книги; уединяясь с ними, он забывает обо всем на свете. Сверстники, с их шумными играми и забавами, маленького «профессора» не привлекают. С куда большим интересом он прислушивается к разговорам взрослых, изредка вставляя в них свои не всегда понятные и совсем не детские высказывания.

В отличие от мастера самопрезентации – истероида, шизоид не умеет преподнести себя в выгодном свете. Кроме того, он не отличается красноречием. Неловкий, неестественный, с бедной мимикой, он часто говорит монотонным, невыразительным голосом, делая гигантские паузы между словами. Все это, конечно, не облегчает взаимопонимания между ним и окружающими людьми.

Он – вещь в себе. Не зря знаменитый немецкий психиатр Кречмер уподобил шизоидов «лишенным украшений римским домам, виллам, ставни которых закрыты от яркого света, однако в сумерках их внутренних покоев справляются роскошные пиры…»

Архимед был так поглощен наукой, что порой забывал поесть, попить и поспать. Где бы он ни находился и что бы ни делал, великий изобретатель не прерывал своих ученых размышлений. Моясь в бане, он задумчиво изрисовывал геометрическими фигурами свое намазанное маслом тело, сидя перед очагом, чертил круги и треугольники прутиком по золе. Когда однажды во время купания он случайно открыл закон вытеснения жидкости, то пришел в безудержный восторг. С криком «Эврика!» он выскочил из ванной и побежал, в чем мать родила, по улицам Сиракуз.

Архимед спешил домой, чтобы поскорее испробовать свою знаменитую теорию, которая впоследствии так замечательно подтвердилась. А что уж там подумают о нем, носящемся по городу голышом, почтенные горожане – мало волновало знаменитого ученого.

Таков же и шизоид: он живет в мире своих идей, занимается только тем, что ему интересно, никого и ничего не замечая вокруг.

Человек рассеянный

Погруженного в себя шизоида мало заботит то, как он выглядит. Пиджак с оторванными пуговицами и потертыми локтями, штаны, «пузырящиеся» на коленях, разные носки, видавшие виды, полуистлевшие ботинки — вполне в его стиле. Давно не мытые волосы, неаккуратно подстриженные ногти, нелепая,вышедшая из моды одежда, зачастую надетая наизнанку, дополняютего портрет. Типичный шизоид – этакий Человек рассеянный с улицы Бассейной, который вместо шляпы в спешке нахлобучил на голову сковородку, а «вместо валенок перчатки натянул себе на пятки».

Существует легенда, что Эйнштейн в молодости, будучи бедным и никому не известным, все время ходил в одном и том же растянутом, старом свитере. «Не все ли равно? Меня же здесь никто не знает», — отвечал только что приехавший в Америку ученый на критические замечания окружающих. Когда же, став богатым и знаменитым, он так и не расстался с дырявыми обносками, то мотивировал это уже иначе: «Какая разница? Меня и так все знают»…

Шизоид необщителен, он не многих пускает к себе в душу, часто ограничиваясь лишь формальными контактами. Из него редко получается чуткий слушатель и хороший утешитель, – глобальные проблемы человечества занимают его куда больше, чем страдания отдельно взятых людей. Понять горе или радость ближнего своего – ему крайне сложно.

Интуиция – его самое слабое место: шизоид не «чувствует» собеседника, не улавливает чужого настроения, не понимает, кто и как к нему относится. Он может оказаться лишним в компании, раздражать присутствующих, вызывать насмешки, но далеко не всегда это понимает. В свою очередь, шизоид тоже может легко задеть в разговоре чьи-то чувства,но совершенно этого не заметит.

Жизнь с шизоидом

Совместная жизнь с шизоидом – удовольствие на любителя. Он не заботится о семье, наоборот, абсолютно беспомощный в быту, он сам нуждается в чьей-то опеке.Впрочем, в еде он неприхотлив, – духовная пища заботит его куда больше. Внешний вид избранника или избранницы тоже не особенно его волнует. Умный, интеллектуальный, при этом достаточно практичный партнер, разделяющий его взгляды и не слишком лезущий к нему в душу, мог бы составить его счастье.

Кому-то удается встретить свою музу, найти некоего посредника между собой и окружающим миром, а кто-то выбирает жизнь в одиночестве, чтобы никто не отвлекал от фантазий и книг, не требовал выполнения домашних обязанностей, не ругал за грязные тарелки и разбросанные по квартире носки.

Великие чудики

Шизоид существует как бы в двух реальностях – внешней и внутренней. Причем большую часть времени он проводит именно в своем внутреннем мире, при первой же возможности, сбегая туда от суровой действительности.

Находясь в своем убежище, он предается размышлениям и фантазиям: изобретает велосипеды, борется с ветряными мельницами, сооружает абстрактные теории, создает машины времени, путешествует по параллельным мирам. Часто он не ставит перед собой великих целей и не добивается успеха – сам процесс мышления, научный поиск — для него куда важнее, чем результат. И, тем не менее, все основные открытия и изобретения, созданные человечеством, принадлежат именно этим гениальным «чудикам» и «учеными сухарям»…